+38  (067)  707  45  29, +38  (095)  43  83  564

11 октября 2017, в 16:23

Бутлегеры

        Если кто помнит, то в середине 80-х годов, тогдашним начальником  Советского Союза, Мишей Горбачёвым, в простонародье именуемом, как «Горбатый», или – «Меченный», было определено бороться с повсеместным пьянством, от которого, по его мнению: «…распадалось и разлагалось общество трудящихся строителей Коммунизма…», и вся страна – в целом. Причиной повсеместного пьянства и «полураспада», был алкоголь. В те годы, количество производимого алкоголя в стране, было просто огромно-катастрофическим и бюджето-формирующим, после нефтегазовых отраслей. В Советском Союзе бюджет формировался с продажи нефти, газа и водки. Из земли высасывали нефть и газ, а в свободное от высасывания халявных природных ресурсов, советский народ пил алкоголь. Пили все, всё и везде, где только можно было поставить бутылку, стаканы и разложить закуску. А иногда, – и БЕЗ закуски. А иногда, – и БЕЗ стаканов. А иногда, – и без «поставить бутылку». Бутылки с водками, винами и коньяками, были реальной и желательной валютой, почитаемой большинством населения нашей страны – «трудящимися массами». Кроме того, что само по себе, это жидкостное упойло, представляло материальную ценность – какую-никакую денежную стоимость, к этому, ещё, приплюсовывалась трудность и ограниченность его доставания. Пойло было в частично-стабильном дефиците. Ещё в техникуме я узнал, понял, и самолично проверил, действенность «водочно-бутылочной валюты». За бутылку или две, из архива можно было получить готовую курсовую или расчётную работу от преподавателя-мужчины-пьющего, …да и от непьющего тоже, …да и от преподавателя-женщины, …тоже. Вот и теперь, в Армии, я столкнулся с важностью, нужностью и востребованностью спиртных напитков в обществе, стремящемся к Коммунизму.

Алкогольные магазины или отделы, в тот период борьбы с пьянством, начинали работать с одиннадцати часов. Не так, как это было раньше. Раньше, они начинали торговать спиртным с восьми - с момента открытия магазина. Когда начиналась продажа алкоголя, то возле винно-водочных отделов уже была выстроена километровая очередь. Люди записывались в очередь с утра, потом шли на работу работать, а после одиннадцати - бежали контролировать свою занятую очередь за пойлом. Мы иногда принимали участие в приобретении бутылок водки, вина или коньяка, без очереди. Если на маршруте патрулирования был ликёроводочный магазин, то из него, очередь за пьяным товаром, выходила даже на улицу и длилась вдоль пешеходного тротуара, прижавшись плечом к стене того дома, в котором располагался и сам магазин. Мы просто останавливались неподалёку, на углу дома или возле перекрёстка, так, чтобы наше присутствие было хорошо видно толпе жаждущей алкогольного опьянения, и ждали. Ждали, когда к нам подойдёт какой-нибудь предприимчивый, сообразительный и состоятельный покупатель, желающий приобрести вина или водки, без очереди. Такой ухарь обязательно находился. Он просил нас купить для него несколько бутылок алкоголя, за что он, давал нам денег в два раза больше, чем стоил заказанный им алкоголь. Мы брали деньги и шли в магазин с обратной стороны, или пропихивались через толпу людей в торговом зале и проходили в подсобные помещения магазина. Очередь, нас, почему-то, пропускала беспрепятственно. Там мы подходили к тому, кто мог решить наш вопрос с приобретением дефицитного товара «без очереди». Нам всегда с уважением оказывали содействие в этом вопросе. Мы рассчитывались, оставляя себе половину тех денег, которые нам давал хитрожопый, и неприметно для толпы, выносили несколько бутылок, которые и передавали ему за углом от очереди. Мы зарабатывали себе на карманные расходы, а человек получал без очереди алкоголь, и он и мы – были довольны.

         Были в нашем батальоне, два дружка – пареньки из одного призыва, старше нашего на год. Их называли Чук и Гек. Чук – Бойчук, Гек – Гейко. Они были из одного города, держались с самого начала их службы в Армии вместе, вот и получили дополнительные имена, производные от своих фамилий. Они оказались хитрожопее хитрожопых граждан, желающих купить алкоголь без очереди. На алкогольно-бутылочный маршрут они выходили подготовленными. Заблаговременно, они собирали пустую тару из-под водки или коньяка. Пустая бутылка должна была быть с водочной или коньячной этикеткой и иметь товарный вид. Будучи на службе, в дни, предшествующие выходу на маршрут с винно-водочным магазином, эти ребята шастали по закоулкам школьных и детсадовских павильонов. Там они, подметив мужичков-пьяниц, собирающихся распивать спиртные напитки «в общественных местах», после того, как последние, только усаживались ДЛЯ УПОТРЕБЛЕНИЯ, и ещё не успевали ОТКУПОРИТЬ, внезапно появлялись и проводили профилактическую беседу «с населением», результатом которой, становилось то, что они, получали пустую, целую и аккуратную тару из-под двух-трёх бутылок водки, или одну из-под коньяка, и осторожно снятые с них, «бескозырочки».

 

Справка: «Бескозырочки» - это такие алюминиевые крышечки, которыми закупоривались бутылочки с водочкой или с коньячком, для рядового потребителя. Для НЕрядового потребителя, бутылочки закупоривались крышечкам откручивающимися. Так как стоимость одного и того же объёма алкогольного напитка, реализуемого внутри страны, была строго зафиксирована Государством, а производство всего алкоголя было его монополией, то наверное, экономически, было нецелесообразно упаковывать «водяру для народа» в удобную для открывания тару. Производство бутылки с резьбой, и крышки к ней, стоило дороже, чем бутылки «под бескозырочку». Бутылочку с закручивающейся крышечкой, можно было не допить, культурно закрутить и оставить в холодильнике «на потом», чего нельзя было сделать, культурно, с бутылочкой-бескозырочкой «для народа». У «Правящей Элиты» той страны, наверное, была такая логика: «Если ты – рядовой гражданин, то тебе нехер выёбываться и оставлять напиток «на потом». Человек пьющий и советский, должен был допивать водяру «до дна». Конечно же, рядовой гражданин не всегда полностью опустошал бутылку, но тогда, он должен был её чем-то затыкать, а для этого, у населения, имелись припасённые пробочки, которые оно собирало, и хранило, от опустошённых бутылок из-под вина, которые купорились пластиковыми или пробковыми пробками, а это – было неэстетично. Удобство существовало для отдельных слоёв населения – для тех, кто являл собой «Культурные прослойки». Партийцы, руководители крупных предприятий, министерская номенклатура, ну и примыкающая к ним прочая торгово-барыжная публика. Иногда, в гастрономы для народа, тоже завозили водку с закрутками. Было престижно рисануться в накрытом застолье бутылкой водки с закруткой, да ещё и с длинным горлышком и из прозрачного стекла. Вы спросите: «А из какого стекла ещё могла быть сделана бутылка для водки?». Отвечаю: «Из зелёного или коричневого!!!». Такая бутылка водки называлась «Буратино», потому что в какой-то период развитого социализма, водку стали разливать в бутылки, в которые обычно разливали сладкие газированные напитки: «Ситро», «Лимонад», «Дюшес», …«Буратино». С чем была связана такая перемена я не знаю, но людская смекалка быстренько обозвала «водяру для народа», колким названицем «Буратино», как бы акцентируя таким названием, и демонстрируя правительству страны, своё ироничное понимание того, что, до какой же степени надо было не любить свой народ, со стороны того самого правительства, и считать его скотом, чтобы позволить так «дёшево», его спаивать. 

 

И так – возвращаемся к «бескозырочке». На самом деле, «козырёк» там был. Это был лепесток, за который надо было потянуть вверх и в сторону, и тоненькая алюминиевая крышечка, должна была разорваться, а бутылка открыться и организовать пьющим, доступ к желанному алкоголю. Но зачастую лепесток отрывался, не выполнив свою функцию, и тогда, жаждущий пойла народ, находившийся вокруг бутылки, нервничал, а пробку надо было открывать уже при помощи ножа или какой-нибудь другой острости. А это – уже совсем другой процесс, чем на который, рассчитывали собравшиеся для употребления люди, когда вертели-крутили бутылку при покупке её в магазине. Крышечку, конечно же, в итоге срывали, но при этом, как говориться: «…неприятный осадочек оставался…». Пауза, которая теперь требовалась для открытия бутылки уже с помощью какого-то другого режущего инструмента, почти всегда сопровождалась изысканным «восхвалением» Партии и Правительства, Их Лидеров, и Всего Советского Союза. Вот потому-то, в народе, и назвали такую крышечку «бескозыркой», на манер названия головного убора, который носят моряки.

         «Уговорив» нарушителей общественного порядка аккуратно разогнуть «бескозырочки», так, чтобы лепесточки оставались на месте, а крышечкой снова можно было бы закупорить бутылку, Чук и Гек, уходили продолжать патрулировать свой маршрут, пообещав не привлекать употребляющих к ответственности, в обмен на оставление последними, уже пустой тары, где-нибудь рядом, в укромном месте, откуда потом, её, забрали бы блюстители порядка, самовывозом. На удивлённый вопрос временно-задержанных употребляющих: «А зачем вам это надо, ребята?...», - ребята на полном серьёзе объясняли жаждущим выпить, как из крышечек-бескозырочек, они станут делать уменьшенную копию-макет «Марсохода», а не оторванные лепесточки, нужны для скрепления между собой крышечек в одну цельную плоскость, имитирующую космическую солнечную батарею, питающую «Марсоход». После такого пояснения, мужчины-пьяницы понимающе одобряли благие намерения солдат-милициантов. Касательно самих бутылок, вопрос не задавался. Наверное потому, что бутылку можно было сдать в пункт приёма стеклотары, а на эти деньги, купить пару порций мороженного. Вряд ли мужчины-пьяницы думали про то, что милиционеры станут носиться с пустыми бутылками из-под водки, для того, чтобы их сдать и получить сорок копеек на покупку мороженного, но вопрос не задавался, а на это, и был расчёт Чука и Гека.

         Бутылки и крышки бережно прятались на чердаках или в подвалах многоквартирок. Там полно мест, где можно было спрятать этот неприметный, да и не стоящий почти ничего, скарб. В следующий раз, наши парни покупали бутылку водки, с точно такой же этикеткой, как и на тех, которые были спрятаны, и разливали её пополам в те две пустые, разбавляли водой из крана и закупоривали. Нарвавшись на предложение от хитрожопого покупателя, помочь ему приобрести без очереди пару бутылок водки, наши парни, у него на глазах, имитировали посещение водочного магазина, откуда выходили с товаром, и впаривали ему 20-ти-процентовый напиток. Экономическая выгода – на лицо. Они зарабатывали не только на двойной цене за услугу «без очереди», но и «сбережении здоровья» выпивающего. Возможно, и наверняка, жертва обнаруживала что-то не то в крепком напитке, но жаловаться, было некому, не на что, и некуда. Потерпевший свято верил в то, что это на заводе, чего-то недолили, но кассового чека у него не было. Ну, а если бы даже и был, то вряд ли бы он, стал выяснять истину и загадку водки, которая его не совсем «брала».

Крышечки и бутылочки, они, конечно же, могли взять и на самих заводах, где разливали водку, мы туда могли заходить и попросить, но это было бы паливом. Их могли бы взять за жопу и раскусить. А так - к кому претензии? Поставщики тары и бескозырочек всегда разные, покупатели тоже. Пожаловаться или написать заявление в милицию «на милицию», в то время, да при тех-то обстоятельствах, да «без очереди» – способен был только истинный долбоёб. А люди желающие приобретать товар «без очереди», таковыми явно не являлись. Склад ума у них, был не тот, который способен был сам себе организовать проблемы из-за десятки рублей.

Этой «схемой» - отоваривать хитрожопых «внеочередной водкой», Чук и Гек промышляли почти целый год, до самого своего дембеля, с того момента, как стали «черепами» и получили определённые вольности, которыми уже могли располагать солдаты второго года службы. Почти в самом конце срока их службы, они охренели окончательно, и в бутылки стали наливать простой воды. Правда однажды, ребята нарвались на офицера КГБ, который в тот день, когда ему понадобился алкоголь, не имел при себе своего КаГэБэшного удостоверения, по которому он, беспрепятственно, мог бы и сам взять «без очереди» водки. Чука и Гека спасло лишь то, что этот офицер, тоже служил срочную службу в этом же батальоне милиции в качестве солдата, но многими годами раньше. Когда он приехал к нашему комбату «с разборкой», то сделал это исключительно, и с целью, – ещё раз, посмотреть на предприимчивых солдат-патрулей, но уже со своей стороны, потролить их. В итоге, он разыграл вместе с нашим комбатом целый спектакль, смыслом которого, было – напугать пацанов «до всирачки», а заодно, и провести с ними воспитательно-профилактическую работу. Чука и Гека вызвали в кабинет к Фюреру. Там они увидели и вспомнили своего «клиента», которого на днях отоварили «без очереди».

Да, забыл пояснить, что нашего комбата, мы называли «Фюрером», потому что его жестикуляции руками и ногами, походка, и манера орать в минуты гнева, передвигаясь перед построенным на плацу личным составом нашего батальона, очень уж походили на повадки Адольфа Гитлера, из чёрно-белых документальных кинолент тех лет, когда Гитлер, для всего Мира, уже стал «Гитлером».

Под угрозой применения к военным бутлегерам-милиционерам наказания в виде отправки в дисбат, и это-то за две недели до их дембеля, они оба исповедались во всех своих «грехах», а когда схема «торговли водкой без очереди», была полностью разоблачена, солдат-предпринимателей, с юмором и иронией, но по-отцовски, пожурили и отпустили с Богом. Когда ребятки вышли из кабинет комбата, то прямиком направились к туалету, расположенному во дворе нашей части рядом с плацем. Усевшись над чёрной дырой, ведущей в бездонный портал космоса военных фекалий, и молча закурив по нервной сигарете, они качественно и самозабвенно, как по команде, солидарно, и дружно, просрались, высрав из себя, и из своих мозгов, всю молодецкую дурь и удаль, накопившуюся за время их активной предпринимательской деятельности, чем оправдали старания и надежды ГэБэшного офицера. Находящиеся в тот момент возле туалета их сослуживцы, знающие о том, что Чука и Гека вызывал к себе комбат, стали расспрашивать о причине их вызова в штабной корпус. Некоторое время, приходя в себя, они ещё молчали, но одну за другой шмалили сигареты. Когда они вернулись в жизненную реальность, а к ним снова вернулся дар речи и они явно насытились сигаретным дымом, обманув реакцию своих организмов и мозгов на кислородное голодание, ребята рассказали о случившемся. Слушатели восторжённо комментировали их историю и поздравляли с успешным её исходом.

         Ни Чука, ни Гека, комбат наказывать не стал, наверное, по просьбе ГэБэшника, но при всяком возможном случае, на общем построении батальона, с радостью и оживлением подъёбывал их и троллил на эту тему. Те, только, смущённо, но с благодарностью, по-идиотски, улыбались, имитируя искреннее раскаяние в содеянном гешефте. 

Перепечатывание и использование материалов в электронном формате разрешается только при наличии гиперссылки на "http://advokat-kirichenko.com.ua/". Все права защищены.

Добавить комментарий

Поля имя и e-mail можно не заполнять